Добавить в избранное
Новости ЦОД и Дата-Центров
Все, что Вам нужно знать о ЦОД

GDC Energy Group строит крупнейший Дата-Центр в России

Андрей АстаховАндрей Астахов, генеральный директор компании GDC Energy Group, одного из первых резидентов особой экономической зоны (ОЭЗ) «Зеленоград», рассказал о планах начать строительство на площадке «Алабушево» крупнейший в России дата-центр.

А. Э. — Всех, кто слышал название вашей компании, интересует: какое отношение компания «Системные Решения ЦИСКО» имеет к компании Cisco Systems?

— Наша компания действительно называлась «Системные Решения ЦИСКО», и когда мы только начинали эту деятельность, действительно предполагалось некоторое участие компании Cisco Systems в этом проекте. Потом в силу ряда причин, в том числе из-за смены менеджмента Cisco в Российской Федерации, мы уже не стали ждать её участия, двинулись дальше. Сейчас наша компания называется GDC Energy Group, GDC — аббревиатура от Green Data Center, и никакого отношения к Cisco Systems мы не имеем.

Дата-центры в России: «Наша глобальная задача — создать сеть крупных инфраструктурных объектов для хранения и обработки информационных массивов на территории страны»


А. Э. — Расскажите вкратце, чем ваша компания будет заниматься в ОЭЗ, когда ваши планы по строительству уже реализуются?

Судьба резидента: "ЦИСКО Системные Решения"

— Мы реализуем проект по строительству самого крупного дата-центра в Российской Федерации. Его параметры: энергопотребление в 21 мегаватт, технические условия уже получены, общая площадь 16 тысяч квадратных метров — сам комплекс 30 тысяч, но я сейчас говорю только о центре обработки данных. Из этих 16 тысяч квадратных метров 1,5 тысячи идёт на административное здание, в котором будет располагаться администрация и технические службы, и порядка 14 тысяч — на три модуля по 405 стоек, в общей сложности 1215 стоек. Специалисты понимают, что это такое. По энергопотреблению нагруженность нашей стойки позволяет снимать тепло до 12 киловатт. В среднем, если брать коммерческие дата-центры по России, они позволяют снять

4-5 киловатт, это такая «средняя температура по больнице». Наша модульность предполагает разбиение модулей по кластерам, и мы можем нагружать и ставить какие угодно стойки

.А. Э. — Грубо говоря, вашу стойку можно набить каким угодно оборудованием?

— Практически, да. В настоящий момент мы выстраиваем, — и выстраивали раньше, и будем выстраивать — политику на захват будущего: делать то, что уже есть и востребовано, но по качеству лучше и выше. Чтобы объяснить, что такое дата-центр… Есть такой Uptime Institute, это самая авторитетная организация беспребойных процессов питания, она находится в США и присваивает так называемые «тиры». Самый простой дата-центр — это Tier 1, самый дорогой и самый серьезный — Tier 4. Мы строим Tier 3. На рынке существующих коммерческих и корпоративных дата-центров в Российской Федерации многие позиционируют себя как Tier 3, но на мой взгляд это не совсем так. Эта градация достаточно серьезна, и если бы кто-то обратился в Uptime Institute с просьбой о сертификации, то выше Tier 2 ему не было бы присвоено. Почему мы так уверенно говорим, что наш уровень — Tier 3? Потому что наша документация сейчас проходит экспертизу по договору с Uptime Institute, и мы предполагаем и видим по нашей проектной документации, что нам присвоят уровень Tier 3.

А. Э. — Если я правильно понимаю, резиденты ОЭЗ — это в основном компании, которые занимаются какими-то инновациями, новыми технологиями, новыми разработками. Дата-центр — это некий инфраструктурный объект, такой же, как, простите за такое сравнение, водопровод, энергоподстанция. В чем ваша инновационная составляющая? Помимо того, что ваш дата-центр надежный по классификации Tier, и помимо того, что в названии вашей компании я услышал слово «Green»… может быть, в этом инновации?

— Начнем так: есть 116-й федеральный закон об особых экономических зонах. Там сказано, что технико-внедренческая деятельность — это в том числе хранение и обработка информации. Что касается инновационности, то наше государство застряло в четвертом экономическом укладе — это экономика угля, нефти, двигателей внутреннего сгорания и большой химии. Последние 20 лет мы не занимались IT-технологиями, то есть пропустили пятый уклад экономики. Если говорить о шестом укладе — нано-технологиях, то сейчас мы пытаемся в него перепрыгнуть. Перепрыгнуть пропасть в два прыжка — это значит, что как раз посередине пути будут трупы. Что такое сеть, хранение и обработка информации? Если смотреть более глобально, то в Конгрессе США сейчас рассматривается закон, позволяющий заблокировать любые информационные ресурсы в любой точке земного шара. США может себе это позволить, потому что в руках этой страны находятся как системы хранения и обработки информации, так и оптоволокно по большей части. Китай много сделал для того, чтобы этого не произошло. Мы пока не сделали ничего. Поэтому стратегическая задача, в том числе и инновационная — создать инфрастуктурный проект по хранению и обработке информационных массивов на нашей собственной территории и собственных мощностях… причем не только в Москве, мы планируем сделать сеть крупных дата-центров Москва-Питер-Томск. То есть, задача глобальная.

Е. П. — Но это уже вопрос национальной безопасности. Государство как-то поддерживает ваш проект или он сугубо коммерческий?

— Я расскажу чуть попозже. У нас проект коммерческий, потому что это, так сказать, технологии двойного назначения. Для крупного бизнеса, для корпоративного клиента очень важно быстродействие, безопасность и беспрерывность бизнеса, хранения информации, конфиденциальность и так далее. В то же время я могу привести такой пример, но без конкретики, потому что мы подписали соглашение о неразглашении конфиденциальной информации: один из субъектов Федерации, очень крупный, рассматривает перспективу использования нашего дата-центра, который мы спроектировали и будем реализовывать, в качестве единого информационно-административного логистического центра управления, куда можно будет свести все информационные ресурсы. Во-первых, это позволит повысить управляемость этого субъекта Федерации, во-вторых, это позволит снизить затраты на содержание всей информационной структуры — на 75%, по нашим совместным с ним оценкам.

А. Э. — Вы сказали, что у вас будет самый большой дата-центр в России. Это предполагает, что на такие объемы существуют клиенты. Одного клиента вы назвали, уровень — субъект Российской Федерации…

— И не одного, мы еще ведем переговоры.

А. Э. — Да, а кто еще? Это какие-то гигантские компании, другие субъекты Федерации, научные институты?

— Абсолютно точно. Дело в том, что наш дата-центр может быть использован — и будет использован, я в этом уверен, — и крупным бизнесом, и государственными структурами, потому что мощностей такого уровня, какого предлагаем мы, не хватает. Их просто нет. Более того, наш дата-центр задуман как трансформер, мы можем увеличить его при получении дополнительных мощностей и электроэнергии до 4 тысяч стоек. Это уже очень серьезно само по себе. Вот представьте, общее потребление коммерческих дата-центров в России — приблизительно 27 мегаватт, я могу ошибиться, но не сильно… у кого-то 500 киловатт, у кого-то 1 мегаватт или 3 мегаватт и так далее, в сумме — где-то 27-30 мегаватт, не более того. Мы же сразу перекрываем 21 мегаватт.

А. Э. — Значит, один ваш дата-центр почти равен по мощности сумме всех существующих?

— Здесь есть некоторая аналогия, не знаю, уместна она или нет: представьте, 90-е годы — какие-то киоски, магазинчики, ларьки по продаже продуктов питания, а потом пришел «Ашан», такой сетевик, встал, и что-то появилось серьёзное.

А. Э. — Вы себя сравниваете с «Ашаном» относительно маленьких ларечков и киосков? Это хорошая аналогия, она понятна 🙂

— Давайте приведём другую аналогию: допустим, если вам предложит арендовать автомобиль по одной цене — на чем вы поедете, на «Мерседесе» спортивного класса с активной и пассивной системой безопасности, или на «Жигули» или «Ладе»?.. Мы учитываем в формировании нашей цены электроэнергию. В среднем потребление в коммерческих дата-центрах, которые сейчас существуют — 3-5 киловатт на стойку, это позволяет инженерным инфрастуктурам снимать тепло. Бывает больше, бывает меньше, мы сейчас просто усредняем. Наша инфраструктура позволит снять тепло со стоек потреблением до 12 киловатт. Это говорит о чем? Если можно поставить 6 серверов на 4 киловатта, то на 12 киловатт можно поставить, соответственно, 16 серверов. Одна наша стойка по мощности перекрывает 3-4 стойки, которые есть на рынке. Еще вот что надо объяснить: мы прошли Московскую Государственную Экспертизу, получили положительное заключение. Насколько я знаю, и, скорее всего, я не ошибаюсь, мы — первая организация, которая прошла Московскую Государственную Экспертизу на строительство дата-центра. Все, что было до нас — это либо реконструкция, и там не звучало, что это центр обработки данных, либо какие-то серверные комнаты. Кроме того, с точки зрения экономики — крупной компании легче уйти на аутсорсинг, чем содержать большое количество IT-специалистов, технического персонала и нести постоянные переменные затраты, колебание которых — в 7 раз. Легче арендовать оборудование у нас, и получить надежность, которой они никогда не добудут.

Судьба резидента: "ЦИСКО Системные Решения"

А. Э. — В плане аренды у вас более интересное предложение, чем у небольших дата-центров?— Думаю, да.

А. Э. — А компании, у которых есть свои… может быть, это не дата-центры в вашем понимании, но тем не менее, такие большие серверные комнаты, как, скажем, у «Яндекса» — я у них был, там свой гигантский дата-центр, множество стоек, еще в их старом здании, которое рядом с Ленинским проспектом, не в новом, куда они сейчас переехали, и уже тогда он был большой, сейчас, думаю, еще больше. Вот таких клиентов, именно интернет-клиентов, у которых в силу бизнеса уже есть какие-то свои структуры, вы планируете к себе перетянуть? Предложить более интересные условия?

— Спорт есть спорт, побеждает сильнейший. Если мы предложим лучшие условия, наверное, скорее всего, они придут. Отсертифицируемся в Uptime Institute, реализуем проект, получим статус Tier 3 — наверняка придут. Я так полагаю, что с клиентами проблем не должно быть уже сейчас. Смотрите: проект рассчитан на три года, сегодняшняя стадия проекта — это крупный дата-центр, прошедший МГЭ, получивший разрешение на строительство (ну, скажем, вот-вот получит, мы уже сдались в ГАСН [Служба Государственного архитектурно-строительного надзора ], начинаем строиться). Сейчас закончено проектирование, идет стадия рабочей документации. Мы завязаны договором с Uptime Institute, чтобы не ошибиться в конечном итоге в том, что мы делаем — и мы не ошибаемся, к счастью. Мы завязаны на крупные корпоративные структуры, которые рассматривают нас в качестве… Давайте пока без названий, но есть очень крупные центры по продаже электрической энергии, и у них большое количество клиентов, которые ее покупают, десятки тысяч; таким центрам необходимо это свести в единое целое, и мы им подходим. Мы сейчас совместными усилиями с нашими партнерами разрабатываем такую программу и реализуем ее. Наши партнеры, кстати сказать, — может, приукрашу, но не сильно, — имеют отношение к проектированию какой-либо части либо целиком 85-90% всех дата-центров, которые реализованы в России, либо к обслуживанию этих дата-центров, либо и к тому, и к другому. Поэтому я считаю, что с партнерами нам повезло.

С точки зрения дальнейшей реализации проекта, конечно, мы бы хотели двигаться к облачным вычислениям и будем это делать. Сейчас это везде на слуху — и на Западе, и на Востоке — так называемые виртуальные рабочие места: любая компания, любой руководитель компании имеет возможность в режиме реального времени, где бы он ни находился — в Пекине, Лондоне, Нью-Йорке, Москве — одним «кликом» посмотреть, что происходит с его бизнесом, кто какие задачи выполняет, почему они не выполнены или, наоборот, выполнены, какие есть проблемы. То есть, полностью отпадает необходимость личного присутствия, все сотрудники компании общаются в сети, все документы находятся вот в этом самом «облаке», и это очень повышает быстродействие, принятие решений и оперативность — соответственно, и зарабатывают люди значительно больше.

А. Э. — Вы рассчитываете, что тренд на виртуализацию уже есть и будет увеличиваться, и вы делаете дата-центр под это, в том числе?

— У нас есть компании, которые уже это используют, мы учимся делать это на нашем маленьком дата-центре — там стоит порядка 40 стоек хорошего уровня. Так что мы не стоим на месте.

Проект — сроки, модули и проблемы

Е. П. — Мы выяснили, что вы в скором времени начнете строиться — а когда собираетесь запустить этот глобальный дата-центр?

— У нас есть план по строительству, мы предполагаем, что оно займет 16 месяцев. Причем наша модульность позволяет нам в зависимости от стратегии реализовать строительную часть помодульно либо целиком. Есть разные варианты, но в любом случае инженерию мы будем делать помодульно, поскольку 80% нашего дата-центра — это сложная инженерная инфраструктура. Строительную часть, эти 16 тысяч квадратных метров, мы поставим, допустим, за 7-8 месяцев, плюс 6-7 месяцев уйдет на заказ, получение, монтаж и пусконаладку оборудования. В общей сложности выходит порядка 15-16-17 месяцев на то, чтобы запустить первый модуль.

А. Э. — Значит, через 15-17 месяцев вы запустите первый модуль уже работающего дата-центра?

— Первый модуль мы запустим под корпоративного клиента — я уже говорил, что мы ведем переговоры, и конечно, когда мы уже будем строиться и закажем оборудование, мы заключим договор. Тогда компании смогут планировать свое развитие под нас. Они будут видеть, что у нас уже пройдена точка невозврата, что мы действительно это все реализуем. В настоящий момент мы так и планируем сделать.В общей сложности выходит порядка 15-16-17 месяцев на то, чтобы запустить первый модуль.В общей сложности выходит порядка 15-16-17 месяцев на то, чтобы запустить первый модуль.

А. Э. — Следующие модули вы будете уже вводить под заказчиков?

— Первый модуль мы введем под крупного корпоративного, так сказать, якорного клиента, который будет заниматься colocation, арендой стоек со своими серверами. Соотношение тех, кто хотел бы прийти на наши сервера, и тех, кто хотел бы прийти со своими серверами, — в пользу последних, они знают, что это их сервера, там их информация. Тут возникает еще одна аналогия: мы делаем серьезный банк по хранению информации — это как банковские ячейки с системой безопасности, пожаротушения, охлаждения и бесперебойного питания. Вы приходите, открываете ячейку и кладете туда информацию, бриллианты, закрываете её и спокойно спите дома. Что-то подобное происходит и у нас.

Е. П. — Стандартный вопрос по поводу особой экономической зоны: что вам дает статус резидента ОЭЗ, почему вам важно строить дата-центр именно здесь?

— Дело в том, что ОЭЗ в соответствии с федеральным законом предоставляет нам некоторые преференции — таможенные, налоговые. Плюс к этому государство предоставляет нам землю и коммуникации в обмен на инвестиции. Это очень удобная формула, которая работает во всем мире, и у нас она тоже заработает. Мы, наверное, это докажем в зоне — мы и другие резиденты, реализовав свои проекты.

А. Э. — Энергомощности, которые вы получили в ОЭЗ — как по-вашему, вы могли бы их получить, находясь вне зоны? Вообще это ведь дефицитный ресурс…

— Я думаю, что с этим возникла бы проблема. Здесь мы получили технические условия, будем их реализовывать. Если бы речь шла о том, что мы получаем энергомощности где-то не в зоне, это было бы значительно сложнее во всех отношениях.

А. Э. — Вы упомянули о ваших следующих шагах, о проектах аналогичных дата-центров в других зонах технико-внедренческого типа — в Томске и в Санкт-Петербурге. Эти проекты уже идут, или вы будете их реализовывать после завершения зеленоградского проекта?

— В Санкт-Петербурге наш проект сейчас находится на стадии межевания земли. Мы стали резидентами и в Томске. Дело в том, что наш проект подлежит повторному применению, модульность позволяет как наращивать его, так и делать с меньшим количеством модулей. Например, в Томске мы планируем сделать один модуль, в Петербурге — возможно, три или два… есть мысль реализовать все-таки три модуля, сделать практически аналогичный проект, как и в Москве.

А. Э. — Это уже будет легче, вы просто будете масштабировать некую технологию?

— Это будет легче, потому что мы учтем все наши ошибки, трудности, которые возникали в Москве. У нас уже будет готовый проект, который мы реализуем в Москве, и в других местах сроки реализации сократятся. Фактически, мы просто привяжем проект к земле и пойдем его согласовывать.

А. Э. — Если говорить о вашем проекте вообще и о его реализации в ОЭЗ — какая самая большая проблема, что вас больше всего тревожит на данный момент?

— Пока ничего не тревожит. Я настолько уверен, что мы реализуем проект… Я хотел бы поблагодарить и Министерство Экономического Развития, которое оказывало нам содействие, и Правительство Москвы в лице Юрия Витальевича Росляка, который является председателем Наблюдательного совета, потому что, какие бы вопросы мы ни поднимали там… Для того, чтобы была обратная связь, мы создали общественную организацию резидентов, на наши письма оперативно реагируют в той или иной степени. Если возникают какие-либо проблемы, конечно же, мы используем все возможности, которые предоставляет законодательство, и ведем себя так, как и должны вести исходя из того, что все это делается для нас, в конечном итоге…

А. Э. — Активно себя ведете?

— Да. Не молчим, поднимаем вопросы.

А. Э. — А Москва и Федерация выполняют свои обязательства по отношению к вам как к резиденту?

— Да, выполняют.

«Зону ожидает новый ренессанс»: ОЭЗ, Сколково, государственные и частные инвестиции

А. Э. — Сформулирую вопрос о проблемах иначе: вы уже пережили реорганизацию управления особыми зонами, когда вместо Территориального управления появилась управляющая компания. Сейчас происходит смена руководства в Москве. У вас уже есть налаженные отношения с Правительством Москвы, которое сейчас фактически отправлено в отставку — вы ожидаете каких-то проблем или изменений в связи с этим? Или, как вы уже сказали, точка невозврата пройдена, проект уже катится к своему завершению, его невозможно остановить?

— Я уверен, что в ОЭЗ в Зеленограде точка невозврата действительно пройдена, и кто бы ни пришел к власти, он будет реализовывать проект ОЭЗ до его логического завершения. Первые два-три-четыре резидента, которые выйдут на строительство, придадут новый импульс… Вообще, зону через полгода или год ожидает «новый ренессанс», я в этом как-то даже уверен. Во-первых, потому, что новое руководство Москвы наверняка поймет приоритеты, во-вторых, и Федерация не оставляет нас без внимания — ведь действительно у нас есть задача провести модернизацию страны, чем мы, собственно говоря, и занимаемся, а точка приложения сейчас — это наша технико-внедренческая зона.

А. Э. — Но сейчас есть и другая точка приложения усилий Федерации, руководства страны — это Сколково. Буквально несколько дней назад президент подписал закон об инновационном центре Сколково. Как вы видите себя или всю зеленоградскую ОЭЗ относительно Сколково? Вы будете для Сколково неким инфрастуктурным объектом? Или вы будете как-то конкурировать в плане специалистов?

— Дело в том, что наш дата-центр в принципе является супер-компьютером. Это позволяет на наших вычислительных мощностях производить вычисления для любой научной области. Поэтому, участники проекта Сколково смогут использовать наш дата-центр для хранения и обработки своей информации, для просчитывания научных задач, которые стоят перед ними. Я думаю, точки для приложения и совместной деятельности будут, поскольку в Сколково не предполагается строить дата-центр, а мы физически не так далеко.

А. Э. — Для вас Сколково — просто еще один потенциальный крупный клиент?

— Да, это можно рассматривать как с точки зрения бизнеса, возможности зарабатывания денег, так и с точки зрения реализации процесса модернизации. Одно без другого не бывает. И если уж мы коснулись вопроса о том, какие у нас были, есть или могут быть проблемы, то я хотел бы сказать только одно: было бы неплохо, если бы институт частно-государственного партнерства заработал сильнее. Сейчас деньги только частные — по крайней мере, у нас.

А. Э. — Если мы посмотрим на другие, в том числе зеленоградские, проекты — мы увидим, что есть достаточно много инвестиций разных институтов развития, например, у «Роснано» есть проект с «Ситроникс», с компанией «Биннофарм», с компанией «Эсто-Вакуум». Почему у вас не получается сделать такие же проекты, например, с «Роснано»?

— «Роснано» ищет проекты, которые действительно имеют отношение к нанотехнологиям…

А. Э. — Они поддерживают и инфраструктурные проекты.

— Да, более того, мы сейчас находимся в стадии переговоров, наш проект их тоже интересует, думаю, что… в общем, мы движемся по разным направлениям, но мы при этом не останавливаемся и реализуем проект за счет собственных средств. Нам повезло в том, что одним из соинвесторов нашего проекта является известный в России и в мире венчурный инвестор Александр Галицкий.

А. Э. — Если говорить о привлечении частных инвестиций — вы пользуетесь какими-то кредитными ресурсами? Есть достаточно больная тема, связанная с кредитованием резидентов ОЭЗ и с какими-то особыми льготами по кредитам для них. Вы такими ресурсами пользуетесь, сталкивались, вели переговоры с банками?

— Мы ведем сейчас переговоры с одним из самых крупных банков — «Сбербанком», он проявляет большой интерес к нашему проекту, оценивает его. Конечно, прежде чем продвинуться к этому юридически, они смотрят, насколько этот проект имеет право на жизнь. Оценка дана высокая, посмотрим, какие условия нам предложат, покрутим финансовые модели, поиграем цифрами. Конечно же, если будут кредитные средства, мы реализуем этот проект полностью и сразу, быстро, не помодульно. За счет собственных средств мы его будем реализовывать помодульно, и это растянется на три-четыре года.

А. Э. — Экономически выгоднее сделать его сразу?

— Да, и в этом случае мы бы согласились на трех-четырех якорных клиентов на colocation, а всё, что останется, пустили бы на dedication. Это позволит нам и заработать больше, и увеличить доходную часть.

Е. П. — Я все-таки еще раз задам вопрос про господдержку: «Сбербанк» — это государственный банк, а само государство проявляет интерес к тому, чтобы поддержать ваш проект, чтобы потом разместить на ваших вычислительных мощностях какие-то свои государственные управляющие системы. Те же новые электронные системы федерального уровня, которые сейчас вводятся — биопаспорта, электронные выборы, сайт госуслуг, всё что угодно, Москва же рядом. Вам эти перспективы не дают каких-то преимуществ? Или государство пока не видит в этом смысла?

— Да, по поводу госуслуг — это возможно. Мы работаем над этим. Не хотел бы открывать карты, но думаю, что что-то может получиться. Посмотрим.

А. Э. — Ну да, о клиентах мы поговорим аккуратно — что-то может получиться, может быть…

— В том, что у нас получится с корпоративными клиентами и крупным бизнесом, я в этом уверен, а государство — это несколько иная ипостась. Посмотрим.

А. Э. — Самое главное, чтобы дата-центр появился, а когда он будет, я думаю, и клиенты придут?

— Да, они уже идут. Когда они увидят, что мы действительно уже заказали оборудование и, грубо говоря, поставили стены… Я думаю, тогда мы еще раз встретимся и поговорим об этом.

А. Э. — Обязательно. Есть какая-то дата, когда состоится заложение первого камня?

— Ну, планируем мы это сделать в ноябре. Созвонимся, я вас приглашу.

«Зеленый» дата-центр в Зеленограде: 120 рабочих мест и… теплица

Е. П. — Несколько вопросов о намерениях вашей компании в отношении Зеленограда и зеленоградцев. Каковы ваши кадровые возможности, какие будут требования к персоналу, перспективы по расширению штата?

А. Э. — Сколько новых рабочих мест создаст дата-центр?

— По штатному расписанию, которое мы сейчас рассматриваем в первом приближении для того, чтобы заработал первый модуль, у нас будет работать порядка 60 человек. Будет и круглосуточная диспетчерская, и круглосуточная система обслуживания дата-центра, поэтому 60 человек — это минимум. Конечно же, Зеленоград тем и примечателен, что здесь есть необходимые трудовые резервы, квалификация, высокая компетенция… У каждого города есть своя особенность, вот Зеленоград этим богат.

А. Э. — Значит, примерно через 16 месяцев появятся 60 рабочих мест?

— Я думаю, это будет в первом квартале 2012 года, когда мы будем запускаться. Но людей мы, конечно же, будем брать пораньше.

А. Э. — Что это за специалисты вам потребуются?

— Дело в том, что я — администратор и могу немножко не совсем технические термины употреблять. Нам нужны будут специалисты в области энергетики, программного обеспечения, специалисты в области систем охлаждения, пожаротушения — у нас там будет серьезная система пожаротушения. Далее, непосредственно обслуживающий персонал системы диспетчеризации, топливозаправки, поскольку у нас 21 дизельный генератор, то есть, перечень достаточно широкий. Администраторы, опять же…

А. Э. — А после запуска следующих модулей сколько новых рабочих мест будет появляться? Сейчас можно уже назвать какие-то сроки и количество?

— Да хотелось бы, конечно, назвать сроки, мы их планируем, но в строительстве всегда работает закон пирамиды Хеопса, когда не хватает средств и времени — Хеопс строил пирамиду 30 лет, я думаю, мы построим быстрее, за три года. Да, конечно, у нас будут расти штатная инфраструктура, будем набирать людей — штат будет увеличен где-то в два раза, до 120 человек, по прикидкам наших партнеров, которые занимаются обслуживанием IT-инфраструктур. Сейчас сложно сказать точнее.

Е. П. — Для вас предпочтительнее набрать уже опытных специалистов? В Зеленограде есть МИЭТ, рассматриваете ли вы возможность вырастить их там, открыть, например, какую-то группу обучения?..

А. Э. — Да, еще есть время вырастить.

— Да, есть время вырастить, и на самом деле мы планируем идти по этому пути — заключать договоры с ребятами, которые имеют необходимые знания, опыт и, главное, горят желанием, чтобы они уже знали, что трудоустроятся к нам, чтобы у них была узкая специализация. По этому пути мы пойдем.

А. Э. — Эта вашей «зелёность», слово Green в названии вашей компании — что подразумевает? Вы берете большие мощности — я понимаю, что берете не у города, но тем не менее, много потребляете… На самом деле, это серьезный вопрос, о влиянии на экологию.

— Сейчас наши инженеры работают над этим. Мы можем это тепло генерировать в холод, есть такой вариант. Сейчас познакомились с одним из резидентов в питерской особой зоне, который как раз этим занимается, но он работает на западный рынок. Мы смотрим, что он может предложить, то есть, пока это в разработке. Но то, что мы не будем усугублять парниковый эффект — это точно.

А. Э. — Я вот сразу придумал: можно теплом, которое вы снимаете со своих стоек, отапливать всех резидентов ОЭЗ…

Е. П. — Или даже весь Зеленоград… 🙂

— Тепло действительно там есть, и мы пока думаем, что с ним делать — есть разные варианты, в том числе и смешные, разные комические, например, теплицу построить… 🙂

А. Э. — Почему нет? 🙂

Е. П. — Да, на вашей площадке ОЭЗ в Алабушево же предусмотрена большая зеленая зона…

— У нас green-технология в конечном итоге, да еще и Зеленоград… Вот вам наше название нравится?

А. Э. — Да, вполне.

Е. П. — Для Зеленограда подходит.

— Ну, вот мы на нем и остановились.

Елена Панасенко, Александр Эрлих / Zelenograd.ru

  • _он_ 19.10.2010
    размах :)
    Ответить
  • Ivan Karpoukhin 19.10.2010
    Что радует - человек вообще не в теме. В голове только шапкозакидательство.
    Ответить
  • Skip 19.10.2010
    Когда я вижу вот такой понтовый дизайн, ничего хорошего от проекта не жду. Мы еще не дошли до строительства ЦОДов в курятниках, к сожалению. Предельная простота и функциональность вот успех коммерческих ЦОД, а не скошенные фасады и прочая чухня. Интересно каких ...-инвесторов они на бабки развели?
    Ответить
ОСТАВИТЬ ОТЗЫВ



Последние комментарии
События и мероприятия